Андрей Деллос об открытии на Левом берегу
Андрей Деллос 

В  январе этого года мы решили, несмотря на тяжелые для всех времена, подарить людям праздник и устроить в Париже «инаугурацию» Café Pouchkine Rive Gauche – не как мероприятие, а как русское гуляние, свободное и радостно-бесшабашное. Затея рискованная – ведь это французы, да еще в кризисной депрессии, а ресторан наш размерами совсем невелик. Однако результаты превзошли все ожидания – никто не мог себе представить, что французская элита умеет так веселиться и зажигать – ну совсем не хуже наших! У меня даже возникло ощущение, что величайшая страсть французов к праздникам и гурманству, умноженная на чисто русское «широкое гуляние», чудесным образом преобразила в тот день парижскую публику. 

А дело было так. Парижский «Пушкинъ» мы готовили как «представительский», но сокращенный в смысле кухни и модернизированный в смысле интерьера вариант «большого брата» в Москве. Это всего 55 посадочных мест, но выверенные годами качество меню и стиль обслуживания – все по-настоящему «пушкинское». Так вот, задолго до открытия ресторан стал каким-то центром притяжения для артистического и политического бомонда. Его невероятная востребованность, шквал звонков с вопросом «Ну когда же будем праздновать открытие?» и категорический императив PR «Нужно торжественное открытие» поставили меня в тупик. В Москве я могу принять и принимал гостей хоть до тысячи. Но здесь, по самым скромным подсчетам, только журналистов – в районе 100 (!), ну а звезд, политиков, аристократов, которых я лично знаю и с большинством дружу, – гораздо больше сотни. Ну не буду же я приглашать гостей и держать их зимой на улице! И тут мои ребята все как один – от шеф-повара и директора до всей русско-французской команды поваров и официантов – сказали, что в эти тяжелые времена наш долг закатить настоящий пир и настоящее русское гуляние, размер (ресторана) не имеет значения, и оборону будем держать достойно (потом выяснилось, что они и впрямь держались героически). С некоторым ужасом я согласился и стал ждать назначенного дня, причем список гостей, которых ну никак нельзя было не пригласить, рос с катастрофической быстротой. 

22 января на улице было 3 градуса, я надел костюм и зимние ботинки и за полтора часа до срока прибыл на место события. Сначала я испугался: толпа, похожая на небольшую демонстрацию, охранялась полицейскими машинами и частными телохранителями (потом мне объяснили, что в Париже действует режим террористической опасности, поэтому на каждого «випа» было как минимум два охранника). При этом пели и плясали цыгане, люди ели, пили и тоже приплясывали – из чего я сделал вывод, что праздник начался задолго до назначенного срока. Продираясь сквозь толпу незнакомых людей (наверное, журналистов), я вдруг увидел одинокую женскую фигурку, похожую на озябшего воробушка. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это Изабель Аджани. Я схватил ее в охапку и попытался втащить внутрь, но понял, что это невозможно, зато бравые официанты летали почти над толпой, своевременно снабжая ее едой и выпивкой прямо на улице. Вскоре, прорвавшись на веранду, мы увидели Фанни Ардан и стиснутых в дружную толпу других звезд и знаменитостей самого разного рода. Все они были в пальто, куртках и шапках, что придавало мероприятию милой и чуть комичной неформальности, – это напоминало студенческие поездки на дачу или куда-то «на лыжи», когда было безумно весело просто так. Конечно, низкий поклон нашим соотечественницам, которые украсили «гулянье варваров»: Наташа Водянова, например (недаром же великая модель!), простояла весь вечер в босоножках с головокружительными каблуками. Как ни странно, теснота и холод порождали какую-то русскую удаль и бесшабашное веселье – разумеется, выпито и съедено было сверх всякой европейской меры. Впрочем, дух праздника был все-таки истинно французским – изысканным и с чувством юмора по отношению к совершенно нестандартному формату события. Я не хотел бы оказаться в такой ситуации в Москве, а вот в Париже вдруг раскрылась «загадочная французская душа», которая в своем желании искренне радоваться и наслаждаться праздником оказалась более молодой и задорной.

В результате я заново переосмыслил душевные способности французов – было огромным счастьем убедиться, что нас и нашу страну во Франции любят по-настоящему и по-человечески. Все сейчас переживают не просто трудные, но и опасные для мира времена. И, как ни странно, именно ресторан, несущий традиционную культуру радости жизни, и во Франции, и у нас может стать островком простого человеческого счастья.

Читайте также
В последний вагон: cамые живописные маршруты и короткие путешествия на поездах
Андрей Деллос о метаморфозах современного Востока
Андрей Деллос
Maxx Royal Belek Golf Resort & Maxx Royal Kemer Resort
Сен-Барт и окрестности на яхте за 9 дней
Флотилия «Рэдиссон Ройал» — лучший вид на город круглый год
Александр Раппопорт о незабываемом Новом годе в деревянном замке
На Porsche Macan из Мурманска в Норвегию
Андрей Деллос о таинственной ауре старой русской дачи
Андрей Деллос